Глава III. КРАХ СССР. Параграф 8

§ 8. Мужество государственного деятеля

К концу 1991 года было ясно: тому, кто примет решение о либерализации цен, ужесточении бюджетной политики, придется за это дорого заплатить. К счастью, в России того времени был человек с яркой харизмой, способный выигрывать выборы при противодействии государственной пропагандисткой машины

[1]

. В отличие от многих политиков он думал о стране, ее интересах, а не о создании режима личной власти. Это был актив, который помог в регулировании кризисной ситуации

[2]

.

Президент, пользовавшийся поддержкой российского общества, в октябре 1991 года на V Съезде народных депутатов взял на себя ответственность за тяжелые решения. «Обращаюсь к вам с решимостью безоговорочно встать на путь глубоких реформ и за поддержкой в этой решимости ко всем слоям населения… Настало время принять главное решение и начать действовать… Действовать решительно, жестко, без колебаний… Должен сказать откровенно – сегодня, в условиях острейшего кризиса, провести реформы безболезненно не удастся. Наиболее трудным будет первый этап. Произойдет некоторое падение уровня жизни, но исчезнет, наконец, неопределенность, появится ясная перспектива… Но самая болезненная мера – разовое размораживание цен в текущем году. Без нее разговоры о реформах, о рынке – пустая болтовня…»

[3]

.

Из этой стенограммы и из протоколов первых заседаний российского Правительства, которое Ельцин согласился возглавить, видно: он знал, на что идет. Других таких среди политиков не нашлось. Когда в октябре 1991 года на заседании Государственного Совета Ельцин обратился к российскому руководству со словами: «Есть ли у кого-то какие-то альтернативные идеи, может, ответит кто-то, кто не согласен с предложенной линией?», ответом было гробовое молчание.

Через два месяца после принятого решения Председатель Верховного Совета РФ Р.И. Хасбулатов посоветовал ему переложить ответственность за произошедшее на молодых людей, которым он по неосторожности доверился, отмежеваться от произошедшего

[4]

. Ельцин сделал другое. Поехал по стране, стал объяснять, что сделанное необходимо. Как вспоминает Борис Немцов, тогда губернатор Нижегородской области, во время январской поездки в Нижний Новгород, Борис Николаевич поехал по магазинам, говорил с людьми, встретился с бурей возмущения, сел в машину и сказал: «Господи, что я наделал». Он привык, что его любят и поддерживают. Теперь на него выливался поток ненависти. Ему было физически тяжело. Однако и после таких встреч он не отменил принятых решений, не отказался от ответственности за них. Он был сильным человеком.

После 2 января 1992 года число тех, кто хотел отмежеваться от принятых мер, росло с каждым днем. В политике не бывает, чтобы не нашлось желающих воспользоваться ответственностью первого лица за непопулярные решения. Сразу после либерализации цен началось использование заблуждений людей в том, что трудности, связанные с крахом советской экономики, – результат неумело проведенных реформ, и ответственность за это несет сформированное Ельциным правительство.

По результатам социологического опроса перед началом VI Съезда народных депутатов 1992 года, «свыше 70 процентов народных депутатов недовольны тем, как идет экономическая реформа. (…) Однозначно удовлетворены ходом реформы 4,8 процента опрошенных, 23,7 процента «скорее удовлетворены, чем нет». Экономический курс правительства полностью поддерживало 5 процентов опрошенных депутатов, 47,7 процентов считали его «в принципе верным», но заявили о необходимости существенных коррективов. Около 34 процентов потребовали срочно изменить экономическую политику»

[5]

.

Депутат А. Тулеев, обращаясь к президенту и премьер-министру, заявил: «Борис Николаевич, вы россиян обманули, все, что можно разрушить, вы уже разрушили, больше разрушать нечего»

[6]

. Депутат Валерий Воронцов, утверждал, что правительство «стремится разрушить все, что было до него, наносит огромный урон стране». (…) «Реформы в сегодняшнем виде приведут Россию, да и правительство, к катастрофе» – таково было мнение депутата Александра Соколова

[7]

.

Ситуацию серьезно усложняло то, что устройство власти в России было в то время неопределенным и нестабильным. Российская Конституция, в основных положениях повторяющая Конституцию СССР, позволяла как-то организовывать систему власти в стране лишь при той предпосылке, что она ровно ничего не значила, что все решало руководство КПСС и партийные комитеты на местах. Когда партийный стержень выпал, управлять страной стало невозможно.

В те дни в стране не было боеспособной армии, работающей правоохранной системы, дееспособной судебной системы, не было пограничного контроля, закончились валютные резервы и отсутствовали надежные деньги. Естественно, мы получили двоевластие – то, что уже было в российской истории в XX веке.

Хотя в Конституции был закреплен принцип разделения властей, в ней же был пункт о том, что Съезд народных депутатов может принять к своему рассмотрению и решить любой вопрос. Как то и другое сочетается, понять было невозможно. Распределение прав между органами власти федерации, автономных республик, регионов, муниципальных образований было прописано так, что работать по ним было нельзя. Очевидно было, что стране нужна новая Конституция, которая позволит ответить на эти и многие другие вопросы, сформировать работающие органы власти, которая обеспечит реальное разделение властей.

Действовавшая Конституция ограничивала и право Президента брать на себя ответственность за проведение назревших реформ. Верховный Совет мог принять решения, которые в любой момент радикально поменяют условия проведения экономической политики. Когда выяснилось, что голода не будет, Верховной Совет сделал именно это: принял в июле 1992 года решение о дотациях на продовольствие, реализуемое по государственным регулируемым ценам, в размере 127,4 млрд рублей

[8]

. После этого ослабление бюджетной и денежной политики, ускорение инфляции стало неизбежным (см. рис. 1, 2).

Рисунок 1

Темпы прироста курса рубля к доллару США в мае – октябре 1992 года, % к предыдущему месяцу

Источник: ЦБ РФ (www.cbr.ru).

 

Рисунок 2

Темпы прироста потребительских цен в мае – декабре 1992 года, % к предыдущему месяцу

Источник: Федеральная служба государственной статистики РФ (www.gks.ru).

 

Во второй половине 1992 года ключевым стал вопрос о власти и конституционном устройстве.


[1]

27 марта 1989 г. на выборах в Москве Б.Н. Ельцин набрал 90% голосов. На выборах народных депутатов РСФСР в марте 1990 г. он был избран народным депутатом в Свердловске более 84% голосов. На первых президентских выборах в июне 1991 г. Ельцин был избран с результатом 57%.См.: Власова В.В. История общественно-политического развития Свердловской области в годы «перестройки» и становления новой российской государственности (1985–2000 гг.). Автореф. канд. дис. Екатеринбург, 2005. С.18; Горбаневский М., Мочалов В. Избранные даты для краткого курса. Гласность и новейшая политическая история СССР и России 1985–2001. М.: «Лурена», 2001. С.20, 28.

[2]

Сейчас особенно важно осознавать, что политический лидер, пришедший к власти демократическим путем на волне популярности, но побоявшийся идти на непопулярные меры, с течением времени становится непопулярным, превращаясь в глазах народа в очередного социального демагога. Для харизматического лидера лучше быть непопулярным в начале трудного пути реформ, чем популистские заигрывания без реального продвижения к намеченным целям. См.: Документы для Б.Н. Ельцина в связи с чрезвычайным характером ситуации в стране и предстоящим заседанием Госсовета, конец сентября 1991 г. Стабилизация ситуации в России: роль Президента. Из личного архива Е.Т. Гайдара.

[3]

Мороз О. Так кто же расстрелял парламент? М.: Олимп, 2007. С.11, 12.

[4]

С. Чугаев. Руслан Хасбулатов: Уже можно предложить президенту сменить практически недееспособное правительство // Известия. 14.01.1992.

[5]

Народная газета московского региона. № 70. 09.04.1992.

[6]

Плутник А. Атакуя Правительство… // Известия. 09.04.1992.

[7]

Плотников А., Крохин В. И грянул гром… // Народная газета московского региона. № 70. 09.04.1992.

[8]

Закон РФ «О бюджетной системе Российской Федерации на 1992 год». № 3331-1 от 17.07.1992 г.

 

Оглавление

Введение

ГЛАВА 1: Политэкономия смуты. Историческая ретроспектива